USD28.2033

Еще раз об обмене Крыма. “Примирение” или капитуляция? — публицист

Еще раз об обмене Крыма. “Примирение” или капитуляция? — публицист

Виктор Пинчук в опубликованной на сайте The Wall Street Journal статье о «болезненных компромиссах», на которые, мол, следует пойти Украине для достижения мира с Россией, в общих чертах постулирует «временный отказ» от Крыма, Донбасса, от перспектив вступления в Евросоюз и НАТО. А Василий Филипчук, кадровый дипломат, председатель правления Международного центра перспективных исследований в статье «Что будет с Украиной в 2017 году: Разменная монета или поле боя. 9 шагов к урегулированию конфликта с Россией» на сайте «Апостроф» подробно расписывает все те бедствия, которые пережила Украина вследствие «конфликта с Россией» (так Филипчук называет агрессию России против Украины и оккупацию части украинской территории), и детально очерчивает те шаги, на которые должно пойти Украинское государство для «примирения с Россией».

Детальный анализ всего «плана 9 шагов» ‒ отдельная тема, я же хочу сосредоточить внимание на тех трех «шагах», которые называются в статье так: «Урегулирование статуса Крымского полуострова». Уже само название этой группы «шагов» является лукавством ‒ ведь речь идет о признании украинской стороной того, что статус Крыма ‒ проблемный, что он не определен целой системой межгосударственных соглашений (в том числе и «большим» украинско-российским договором 1997 года), а резолюции Генеральной ассамблеи ООН по Крыму от 27 марта 2014 года и 19 декабря 2016 года, в которых говорится об украинской принадлежности полуострова и оккупации его Россией, ‒ это лишь ничтожные бумажки.

Конкретные предложения Филипчука развивают этот сюжет и «регулируют» статус Крыма так, что Украина де-факто теряет права на него, однако де-юре должна нести ответственность за все бесчинства оккупантов и их марионеток.

Приведу эти предложения полностью (текст предложений приводится в переводе):

«Севастополь. Для урегулирования крымской проблемы стороны разделят и отдельно будут решать вопрос статуса Крыма и военной базы в Севастополе. Что касается Севастополя, Украина согласится предоставить его в аренду РФ на 99 лет по образцу аренды Гонконга Британией в Китае. То есть РФ признает формальный суверенитет Украины над Севастополем, а Украина позволяет РФ иметь собственную администрацию и управление городом. Севастополь признается под формальным украинским суверенитетом, но отделяется административной границей от Крыма, управляется назначенным РФ губернатором и является российской военной базой. Разрешается двойной денежный оборот, специальный таможенный режим и т.д.

Крым. Стороны вводят модель Северо-Ирландского урегулирования (Договор Страстной Пятницы от 1998 года) для определения статуса крымского полуострова. На 20 лет устанавливается мораторий относительно статуса Крыма. Полуостров остается под украинским суверенитетом, но все государственные полномочия и функции, за исключением внешней политики, политики безопасности, денежного обращения передаются местным органам власти. Все граждане, которые живут в регионе, могут свободно выбирать украинское или российское гражданство, выбор гражданства не может вызывать никакой дискриминации, в том числе относительно занятия должностей в местных органах власти. Все налоги остаются в Крыму, правительство формируется по принципу этнического и религиозного квотирования с согласия Киева, которое предоставляется после консультаций с РФ. Для контроля за сохранением мира и правами человека на полуострове вводятся международные мониторинговые миссии. Через 20 лет стороны в случае необходимости совместно проводят референдум в Крыму относительно принадлежности острова Украине или РФ, результаты которого (Украина и Россия ‒ КР) соглашаются безоговорочно признать и сделать соответствующие изменения в своих конституциях о принадлежности (Крыма ‒ КР). Если же предложенная модель двойного суверенитета будет устраивать и стороны, и жителей полуострова, то статус будет оставаться неизменным.

Читайте также:

Ритуальные танцы вокруг ООН: почему Россия боится миротворцев

Украинский суверенитет и совместное управление полуостровом. Украина обеспечивает управление вопросами национальной безопасности, внешних отношений, денежного обращения в Крыму. На Крымском полуострове и акватории Черного моря разрешается совместная экономическая деятельность, освоение ресурсов, создаются совместные «свободные экономические зоны» и «территории отдельного развития», развивается игорный бизнес и т.д. Украина и Россия провозглашают Крым территорией дружбы и партнерства, совместно делают инвестиции в развитие полуострова».

Читайте также:

Почему мне не нравится идея “кофе на Крещатике”

Прежде всего ‒ о правописании. Многочисленные русизмы (как на уровне отдельных слов, так и на уровне оборотов и предложений) и отклонения от литературного украинского языка позволяют предположить, что оригинал текста статьи был написан (где и кем ‒ вот вопрос?) именно на русском языке, затем уже переведен на украинский; редакция же «Апострофа» в текст не вмешивалась. Желающие могут сами проверить эту гипотезу, обратившись к оригиналу статьи. Впрочем, возможно, что ни Филипчук, ни редакция «Апострофа» не владеют в достаточной мере украинским языком. Третий вариант ‒ первое и второе, вместе взятое.

А теперь ‒ о содержании предложений и вероятных последствиях их принятия украинской стороной.

Сам факт официального признания необходимости «урегулирования статуса Крыма» путем двусторонних переговоров непременно приведет к ответной реакции всех государств, которые объявили санкции в ответ на российскую оккупацию Крыма. А заключаться эта реакция будет в следующем: «ОК, вы признали факт неясности и проблемности государственной принадлежности Крыма, вы начали самостоятельно договариваться о статусе полуострова с Россией, поэтому мы можем с легкой совестью снять с последней санкции ‒ если не все, то, по крайней мере, значительную их часть». Другую реакцию на сам факт «урегулирования» ждать не приходится.

Читайте также:

Так работает система: почему украинские политики не боятся секс-скандалов

Что касается соглашения по Севастополю по образцу соглашения об аренде Гонконга Великобританией, то это опять-таки лукавство, ведь Великобритания в 1898 году арендовала у Китая только так называемые «Новые территории», которые присоединила к уже существующей несколько десятилетий колонии Гонконг. Никакого суверенитета над этими территориями Китай не имел, и граница их была не административной, а государственной. И еще одно: никакого «двойного денежного обращения» в Гонконге не было. Поэтому достаточно предложить российской стороне «модель Гонконга», как она отхватит значительно больше, чем предлагает Филипчук.

Впрочем, главная проблема не в том, что «модель Гонконга» мало стыкуется с севастопольской ситуацией, а в том, что Великобритания и в 1898-м, и в 1997-м (когда полностью вернула Гонконг Китаю) была демократическим государством, и жители Гонконга с пеленок жили в условиях демократии, то есть они даже выиграли от того, что были ограждены от полувековых китайских гражданских войн, а затем ‒ от дикарских «больших скачков» и «культурных революций», что они были причастны к западной цивилизации. А какой цивилизации предлагает отдать еще на 99 лет севастопольцев Филипчук?

Теперь о применении «модели Соглашения Страстной Пятницы» в Крыму. Базой этого соглашения стал официальный отказ одной из сторон (Республики Ирландия) от претензий на шесть северных графств острова, оставшихся в составе Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии. Кто в нашем случае официально готов отказаться от Крыма? Судя по тому, что «через 20 лет стороны в случае необходимости совместно проводят референдум в Крыму» по поводу принадлежности полуострова, то не отказывается никто. Иными словами, Филипчук предлагает кондоминиум (что подтверждает его тезис о «совместном управлении полуостровом»), но вместе с тем говорит об «украинском суверенитете» над Крымом. Так не бывает. И Филипчук сам себя опровергает, говоря о «модели двойного суверенитета».

Что же касается идеи, что правительство Крыма «формируется по принципу этнического и религиозного квотирования», то это ‒ юридическое закрепление безоговорочного российского господства на полуострове. Потому как в течение тех 20 лет, через которые Филипчук предлагает провести «окончательный» референдум о принадлежности Крыма, этнический и религиозный баланс на полуострове в силу уже существующего значительного переселения на полуостров «российских русских» станет однозначным.

Тем более, что речь идет о фактической передаче полуострова под вывеской «совместной экономической деятельности» в управление и владение («территории отдельного развития») российского олигархата (а любой крупный российский капитал, напрямую или по касательной, контролируем Кремлем и Лубянкой), который безоговорочно будет доминировать в Крыму, учитывая ощутимо меньшие ресурсы олигархов Украины и их готовность идти на политические уступки России (а тех, кто не готов на это, традиционно будет укрощать Лубянка).

 

В целом, при режиме Путина Россия может согласиться только на одно ‒ на прямые двусторонние переговоры об «урегулировании статуса Крымского полуострова». При этом в качестве «урегулирования» будет предлагаться признание Киевом того, что «крымский вопрос закрыт раз и навсегда». Главным же для Путина будет сам факт официального признания Украиной необходимости «урегулировать» статус полуострова, что будет способствовать полному или частичному снятию с России санкций. А вот послепутинские «либерально-имперские» режимы могут пойти на большее ‒ согласиться на кондоминиум по АРК, то есть совместное владение и управление, что де-факто даст реальные преимущества России, и на компенсацию за Севастополь. Тем более, если в связке с этим будет идти реализация других «шагов» Филипчука, в частности, если «Украина согласится продать или отдать в концессию те заводы ВПК, которые работают только на российском рынке, акционировать с возможностью покупки акций Россией другие предприятия», и если «ГТС будет передана отдельной компании, которая будет акционирована и акции которой смогут купить любые заинтересованные стороны».

Ибо комплекс уступок Украины, предложенный для «российско-украинского примирения», на самом деле является примирением украинских граждан с вассальным статусом своего государства в орбите или путинской, или «либеральной» империи.

Сергей Грабовский

Очень плохоПлохоСреднеХорошоОтлично (Еще нет голосов, оставьте первым)
Загрузка...

Комментарии (0)

Чтобы оставить комментарий необходимо

"В политике приходится делать много такого, чего не следует делать."

© Теодор Рузвельт

Кличко нанял десятки помощников за счет простых украинцев

Важно знать: как действовать в эпицентре эпидемии

Осужденных на «пожизненное» выпустят на свободу: новый опасный законопроект

Циклон – пішов. У Вінниці знов потеплішає

Школу атаковали коктейлем Молотова и порезали детей, много пострадавших, первое видео

Не обстрел и не взрывчатка: в АТО серьезно травмировался военный

Лечим кашель: Комаровский рассказал, как правильно делать ингаляцию

Снежная буря, лавины и гололед: тысячи уже пострадали, ситуация обостряется

Укрзализныця обрадовала украинцев нововведениями

Летели во все стороны: авто протаранило толпу на набережной, много пострадавших

Не только Антикоррупционный суд: МВФ нашел новую причину для гнева на власть Украины

Эта вещь есть почти в каждом доме: ученые обнаружили угрозу для человечества

Легендарный британский король оказался украинцем

Неожиданная угроза: силам НАТО объявили территориальную войну

Incognito Petro: всплыли красноречивые факты об отдыхе Порошенко на Мальдивах

Ах, ты, пес, предатель: Усик гневно ответил на вопрос об оккупированном Крыме

Украина без Крыма: ещё одна европейская страна подсунула нам свинью

В Раде пояснили, почему Антикоррупционный суд не заработает до выборов президента

Смерть звезды “Битвы экстрасенсов”: появились важные детали

Антикоррупционный суд в Украине: юрист объяснил основные проблемы