USD28.2033

Крым. Битва мифов, — журналист

Крым. Битва мифов, — журналист

Прошло три года с того момента, как Россия аннексировала украинский Крым. За полуостровом последовало вторжение на Донбасс, «Боинг», военная операция в Сирии – российские телеканалы поначалу транслировали все это как череду событий, восстанавливающих российское геополитическое влияние. А затем начался обратный процесс. Сперва Кремль перестал говорить о «Новороссии», затем отказался на официальном уровне от терминов «ДНР» и «ЛНР» и сегодня предпочитает называть оккупированные территории «отдельными районами Донецкой и Луганской областей Украины».

Термин «русская весна» тоже был заменен на «крымскую весну», что констатирует главное: украинский полуостров стал единственным трофеем Москвы в той кампании, которую Кремль начал три года назад. Будущее Донбасса неясно, его может ждать судьба как Приднестровья, так и Восточной Германии. Но Крым – как минимум на данном этапе – Кремль зачищает от любых ростков инакомыслия. И нет ничего удивительного, что главной жертвой этого процесса стали именно крымские татары.

Подписывайтесь на «Политолог» в соцсети Facebook

Битвы за прошлое

Кремль раз за разом транслирует мысль о том, что Крым – это «исконно российская территория». Шестьдесят лет существования полуострова в составе Украины (1954-2014) объявляются досадным недоразумением. Но для того, чтобы эту позицию некому было оспаривать, Москва борется в Крыму за «чистоту умов». Любая публичная попытка называть вещи своими именами – включая незаконность произошедшего в феврале-марте 2014 года – подпадает под статью 280.1 УК РФ («призывы к нарушению территориальной целостности»).

За минувшие три года Москва в Крыму возбуждала дела не по национальному признаку, правильнее будет вести речь о преследовании за политическую позицию. Но при этом фигурантами примерно половины дел являются именно крымские татары. С учетом того, что представители этого народа составляют лишь 15% от численности полуострова, налицо диссонанс, который тоже можно объяснить.

С одной стороны, причина в том, что после аннексии украинские силовики в Крыму получили возможность принять российскую присягу. Большинство из них такой возможностью поспешили воспользоваться, а потому все их наработки достались российским спецслужбам. Разумеется, собранная информация по пророссийским сепаратистам оказалась Москве не нужна, в отличие от разработок, которые велись крымскими силовиками в отношении крымскотатарских общественных объединений.

Читайте также:

О бедном Дерипаске замолвите слово

С другой стороны, все происходящее можно объяснить еще и тем, что Крым – это территория конкуренции двух Мифов, систем коллективных представлений о прошлом и будущем. Один из которых – российский. Другой – крымскотатарский.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Как Захарченко звонок из Москвы получил, — публицист

«Всесоюзная здравница»

Российская история Крыма не столь уж велика, ей лишь около 240 лет. Но после завоевания Крымского ханства Москва начала активно осваивать территорию полуострова и постепенно сформировала свой собственный корпус смыслов, связанных с регионом.

«Колыбель православия», две обороны Севастополя, два города-героя, Пушкин, Толстой, Чехов, летняя резиденция царей, последнее пристанище Белой Армии – все это слагаемые российского мифа о Крыме. Миф не имеет смысла рационализировать, в каком-то смысле он почти религиозен: его можно победить лишь с помощью другого мифа. И потому не имеет значения, что во время той же Крымской кампании 1854-1856 гг. этнический состав полков российской армии, сражавшейся под Севастополем, был во многом украинским. Эта страница прошлого осталась лишь в парадной историографии Москвы, а потому та же Крымская кампания теперь используется Кремлем для обоснования своих прав на полуостров.

Читайте также:

И с Путиным жить, по-путински выть: новое оружие шизофреников

Значительная часть этого мифа формировалась уже в двадцатом веке, когда впервые в Крыму численность русских превысила численность крымских татар. А потому полуостров для российского коллективного бессознательного – это еще и «непотопляемый авианосец» и «всесоюзная здравница». Депортация крымских татар в 1944 году лишь облегчила этот процесс – носители главного конкурирующего мифа были выселены в Центральную Азию. И лишь их репатриация в конце 90-х возобновила исторические споры о том, чей все-таки полуостров.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: СНБО заявил о введении санкции против российских банков в Украине

Кровь и почва

Крымскотатарский миф о Крыме – история про «украденную родину» и «растоптанный мусульманский рай». Самостоятельная государственность в рамках Крымского ханства. Депортация коренного населения и заселение полуострова переселенцами с материка. В этом мифе – рассказы про довоенный Крым с общими многонациональными дворами и крымскотатарским языком как языком рыночного, а, значит, бытового общения.

Читайте также:

Швидке реагування – слабина НАТО

Этот миф, как и российский, отвечает на главный вопрос: чей Крым? И нет ничего удивительного, что оба они дают взаимоисключающие ответы. Для крымскотатарского мифа последние два с половиной столетия – это история про то, как переселенцы и завоеватели постепенно вытесняли их с родной земли. Для российского мифа крымские татары, в лучшем случае, еще один покоренный народ империи, а в худшем – «предатели», которые были «справедливо депортированы в Центральную Азию».

Разница между этими двумя мифами лишь в том, что российский был инклюзивен – в имперском понимании этого термина. Тот, кто согласен был присягнуть новой столице и новому концепту истории, воспринимался как «свой». В то время как крымскотатарский был эксклюзивен: он был изначально оборонительным и нацелен не на расширение границ группы, а на их сохранение. Это тоже можно было понять: крымские татары были в численном меньшинстве, им важно было сохранить себя от ассимиляции и растворения.

Украинский Миф о Крыме тоже существовал, но был слабее по сравнению с двумя предыдущими. Вероятно, так происходило из-за того, что этот миф был сосредоточен вокруг идеи обустройства послевоенного Крыма. Полуостров был передан в состав УССР в 1954 году и именно в украинский период существования региона были отстроены основные коммуникации, включая Северо-Крымский канал, который впервые решил вопрос с дефицитом воды на территории края.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: НБУ хоче автоматично знімати з карток українців гроші за “комуналку”

Но именно это «хозяйственное» наполнение украинского мифа его ослабляло – бюргерскому концепту сложно было выдерживать конкуренцию с «военной темой» российского мифа и «витальной» крымскотатарского. И потому даже сегодня официальный Киев нередко в разговорах о полуострове использует именно «крымскотатарский концепт» региона.

Неудобный коренной народ

Именно поэтому крымские татары остаются в фокусе внимания российских силовиков. Они – главный раздражитель для Москвы, потому что являются носителями альтернативного взгляда на прошлое и будущее региона. Поначалу Кремль пытался «приватизировать» их, обещая должности и ресурсы в обмен на лояльность. А когда меджлис крымскотатарского народа отказался признать легитимность смены флагов в феврале-марте 2014-го, была сделана ставка на силовые сценарии.

Вдобавок крымские татары, в отличие от крымских украинцев, остаются более сплоченной и рельефно выделяющейся общностью. Их инокультурность и иноконфессиональность не подразумевает легкой ассимиляции. А если учесть, что основная часть крымских чиновников и силовиков сохранила свои должности после аннексии, то после 2014 года начался период сведения еще и личных счетов. Потому как три года назад история взаимодействия между Симферополем и крымскими татарами началась не с чистого листа, а легла на застарелую историю противостояния по земельным и ресурсным вопросам. А эти противоречия тянутся с начала 90-х, когда крымские татары начали возвращаться из депортации в Крым, где на тот момент их откровенно боялись и не понимали.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: СНБО запретил перемещение товаров через линию соприкосновения

Три года назад Россия решила сделать из Крыма свое главное символическое приобретение. Полуострову была отведена роль сакрального доказательства имперской мощи. Ради этого Кремль пошел на нарушение всей архитектуры послевоенного устройства. И потому он будет до последнего бороться с теми, кто будет оспаривать его символическое приобретение.

Павел Казарин

Очень плохоПлохоСреднеХорошоОтлично (голосов: 1, в среднем: 5,00 из 5)
Загрузка...

Комментарии (0)

Чтобы оставить комментарий необходимо

"Власть чаще переходит из рук в руки, чем от головы к голове."

День молодежи Украины 2018: лучшие поздравления в стихах, прозе и открытках

День молодежи Украины 24 июня: история праздника

Выпил и выстрелил из РПГ: украинские воины схватили “Святого” боевика

Гимн Украины и патриотические возгласы: политзаключенный Балух рассказал Порошенко о жизни в СИЗО

ЧМ 2018: эротическо-экзотический инцидент перепугал пол-России

Известный крымскотатарский активист трагически погиб

Запад просит: как и когда взлетит цена на сигареты в Украине

Днепр публично наказал уличных жуликов: видео

Курс биткоина на 24 июня: терпение инвесторов лопнуло

Лечитесь травками: популярный препарат исчезнет из украинских аптек

Вспыхнувший вагон чуть не уничтожил целую станцию: видео

В горле комом: украинцы назвали главную проблему, и это не АТО

Балух: Не хочу, чтобы Украина скатилась до “зеркального” ответа

Всеми любимой компании влепили штраф за плагиат Roshen

Покорил небоскреб: рекордсмен Гиннеса установил новый рекорд в Украине

Супрун травила онкобольных детей просроченными лекарствами: документ

Сенцов поблагодарил российских кинематографистов за поддержку

Погода на 24 июня: стихия установит свои правила

Неужели построят стену: Польша шокировала заявлением

Курс валют на 24 июня: гривну немного лихорадит