USD28.2033

Младший лейтенант Маси-Мустафа Найем: “Надеюсь, я последний из нашей семьи, кого так или иначе коснулась война”

Армия – это когда собрать толпу проще, чем остаться одному. Это место, где ты можешь научиться таким невиданным вещам, которые, скорее всего, никогда и не понадобятся. В армии нет ничего сложного, если дома у тебя не осталось жены, детей и близких, которым только ты можешь помочь. На войне, конечно, будет хуже, но там понятно, ради чего терпеть.

Шестая волна мобилизации пока что имеет все шансы запомниться как наиболее неоднородная и хаотичная в выборе личного состава. Впрочем, возможно, выбора и не было. Именно поэтому в армию на срок минимум один год призвали и никогда не служивших, и полуинвалидов, и высокооплачиваемых менеджеров, и вчерашних студентов и военных ветеранов. Среди них оказался и этнический пуштун, молодой киевский юрист и брат известного журналиста, а теперь народного депутата Маси Найем. Он рассказал о  своих первых впечатлениях об украинской армии.

“ТЫ ЧТО, НА САМОМ ДЕЛЕ БРАТ МУСТАФЫ? И ЧТО, ОТМАЗАТЬСЯ НЕ МОГ? ПОЧЕМУ ТЫ ТУТ?”

В самом начале войны я думал, что у нас есть профессиональные военные, я же видел людей в форме, и они точно нас защитят. Мы все, дилетанты, – предполагал я – можем быть полезны на Майдане, но не на войне с оружием. Уже в июне я понял, что все ужасно хреново. Когда сбили малайзийский боинг, я как раз находился в Луганской области, ездил к военным, видел, что там на самом деле с обеспечением, мотивацией и подготовкой. Тогда я впервые сказал брату, что, может, стоит пойти добровольцем. Он ответил, что для этого нужно точно знать, куда я иду и зачем. Такого понимания у меня на тот момент не было и, в итоге, я убедил себя, что тут, в Киеве, буду полезней. Хоть и было все время стыдно, что я не там, а ложусь спать в своей постели.

Первая повестка мне пришла, кажется, еще в сентябре 2014 года. Я явился с нею в военкомат, где получил военный билет, который в свое время не забрал, и указание ждать. Ждал я не особо. Видел, что люди, так или иначе причастные к армии, воевать не идут. Значит, логично, что и меня не возьмут – я же юрист, да еще и из Афганистана, где солдаты из Украины воевали в составе Советской армии. Считал, что меня призовут только в том случае, если агрессия будет по-настоящему масштабной. Словом, у меня срабатывало гражданское мышление.

А повестку в итоге я получил очень смешно. Был на объекте у клиента по адресу улица Артема, 47 (а прописан я на Артема, 84) и туда пришла участковая с милицией – запрещать работы. Узнав мою фамилию, она спросила, почему я прячусь от повестки. Я сильно удивился и предложил пойти забрать ее хоть сейчас. Мы отправились в ЖЭК и действительно – там она меня ждала. Уже на следующий день я был в военкомате, а оттуда попал на учебу в Национальную академию сухопутных войск имени гетмана Сагайдачного, во Львов.

Сомнений и размышлений на тот момент у меня никаких не было. Просить брата о чем-то мне даже в голову не пришло. Не думаю, что в нашей системе координат, в нашей семье это вообще было бы возможно – другие принципы. Недавно ребята из моего взвода спросили: “Ты что, на самом деле брат Мустафы? И что, отмазаться не мог? Почему ты тут?” Потому что правильно это, по-честному. В противном случае, было бы сложно договориться с самим собой и дальше жить прежней жизнью, а, главное, смотреть в глаза своей женщине. Это как-то связано для меня. Словом, у меня пунктов десять было за то, чтобы пойти. И почти ни одного против. Мой отец, кстати, доктор философских наук, а воевал танкистом. Ему сложнее всего было узнать, что я иду на войну. Но он человек очень принципиальный и тоже просто принял это. Хотя, скорее сделал вид, что это просто.

Вопрос национальности для моей семьи, для меня лично никогда не стоял. Я задумывался об этом только тогда, когда меня об этом спрашивали. Мы давно считаем себя украинцами. И я ни разу не замечал, чтобы кого-то это раздражало. Вот у меня во взводе, например, есть парень, у которого брата убили в Афганистане. Я ничего не чувствую в связи с этим, и он, что самое главное, тоже. У нас обоих есть абсолютное понимание, что та война была войной Советского Союза и России, а не Украины и Афганистана. Хотя я родился, когда войне в Афганистане было уже пять лет и все помню: и Кабул в огне, и танки под окнами во дворах во время комендантского часа, и солдат, которые давали “пострелять” из автоматов Калашникова. При этом никакой вражды к бывшим советским я никогда не испытывал и не испытываю.

Читайте также:

Зеленский поручил охранять склады с оружием по стандартам НАТО

Сейчас здесь я пытаюсь использовать, если так можно сказать, узнаваемость моей фамилии только в тех случаях, если это может помочь правому делу. К примеру, в вопросе со сложностями получения солдатами статуса УБД.

Ну, и еще я бороду ношу, хотя по уставу это нельзя. У меня проблемы с кожей лица, за ней нужен уход, а если я в этих условиях стану ее брить, все только ухудшится. Да и некогда мне. Но я стараюсь поддерживать ее в опрятном состоянии, и пока что меня не трогают. Каску и противогаз надеть я смогу, ну, а если это станет вопросом жизни и смерти, сбрею ее, конечно.

“АРМЕЙСКИЙ УСТАВ ДАЖЕ ОФИЦЕРУ НАЙТИ В ПЕЧАТНОМ ИЗДАНИИ ОЧЕНЬ ТРУДНО. НИКТО ИЗ СОЛДАТ ЕГО НЕ ВИДЕЛ”

Я сразу решил, что буду писать обо всем, что вижу. Безоценочно, безэмоционально. Ну, кроме мест дислокаций, конечно. Написал, например, о преподавателе в учебке, который говорил “азірівською мовою” и о большом количестве пьяных там же. Этот статус опубликовали российские СМИ… Нехорошо вышло. Словом, я сначала писал о плохом, получал сотни лайков и думал здорово, что люди узнают об этом. Теперь считаю, что это неверно. Лайки ничего не дают и не работают. Ты почти никогда так не решаешь проблему, только становится еще хуже. Больше я так стараюсь не делать. Плохо, что никто в учебке не говорит с мобилизованным о правилах пользования социальными сетями.

Читайте также:

Сколько украинцы готовы ждать результата от Рады и Кабмина: опрос

Мой офицерский курс в Яворивском учебном центре продлился чуть меньше двух месяцев. Со мной вместе учились и 22-летний прокурор, и глава правления общественной организации, и парень из службы безопасности коммерческой структуры, и сотрудник колонии – говорил, что условия в тюрьме получше наших, армейских. Киевлян там было очень мало. По возрасту, в основном, все старше 35. Умные и разные. В бригаде у меня все по-другому – в моем взводе все молодые солдаты и два сержанта. Простые хорошие парни. Они честнее и прямолинейнее, что ли. Там надо было быть осторожным, налаживать отношения, а тут ничего не стоит послать друг друга на… и при этом все нормально. Возможно, потому, что мы все понимаем – нам вместе жить год или больше.

Много времени в учебке тратилось зря. Например, сидят на занятии по тактике умные взрослые мужики, а преподаватель диктует текст и одновременно демонстрирует его на экране. Я спрашиваю, почему бы его просто не распечатать и не раздать? А он “а я тут зачем?” Кстати, после того, как я об этом написал, этого преподавателя заменили, и занятия по тактике стали значительно полезнее.

Но главное, что там не дают никакого вводного материала. Например, ты, допустим, юрист на гражданке, только приехал, и тебе сообщают, как и где должен спешиться батальон. А что такое “батальон” и как это “спешиться” – лично я не знал. При этом все точно знают, что на военных кафедрах в университетах никто ничем толком не занимался. Но даже во время войны стараются закрыть на это глаза при разработке методики обучения мобилизованных.

Читайте также:

Посол США в ЕС: На Украину давили по личному указанию Трампа

Армейский устав даже офицеру найти в печатном издании очень трудно. Нам в учебке его раздавали на флешке. Но свой ноутбук я привез себе только сейчас, а парням читать с мониторов телефонов вообще неудобно, а некоторым и невозможно – старые телефоны. Так что абсолютное большинство солдат его и не видело. Пособие для командиров мы, офицеры, в учебке вообще сами покупали – за 25 гривен.

Я вот только пару недель назад узнал, что такое “взвод”, “батальон”, “ВДВ”, только сейчас начинаю разбираться, сколько у меня во взводе должно быть гранатометчиков, снайперов, пулеметчиков, должен ли быть ДШК. Откуда мне это все было раньше знать?

После окончания своего срока я забуду армию, как страшный сон, но сейчас я бы и сам составил какую-то маленькую книжечку для бойцов. А то говорят тебе “иди, возьми БК для ДШК”, а ты стоишь, как придурок, и не можешь понять, о чем речь. В армии очень любят вот эти все сокращения.

Но я все равно рад быть здесь и бороться за будущее своей Родины, за Украину и за людей, которые верят в меня и таких солдат, как я.

За 20 гривен сделал на китель нашивку “Найем”. Надеюсь, больше никогда эта фамилия не увидит войн. Надеюсь, я последний из нашей семьи, кого это коснется так или иначе. Надеюсь, что всем нам хватит мудрости победить не любой ценой и не предав будущее.

“В АРМИИ НЕТ НИЧЕГО СЛОЖНОГО, ЕСЛИ ДОМА У ТЕБЯ НЕ ОСТАЛОСЬ ЖЕНЫ, ДЕТЕЙ И БЛИЗКИХ, КОТОРЫМ ТОЛЬКО ТЫ МОЖЕШЬ ПОМОЧЬ”

Я сразу решил, что раз забираю у себя и отдаю стране год жизни, то хочу, чтобы он прошел максимально эффективно. Не собираюсь отсиживаться на блокпосту, не хочу сидеть среди “аватаров”. Хочу по-настоящему учиться и воевать. Хочется вернуть долг стране с благодарностью, а не на “от…сь”.

С самого начала я хотел быть сапером, но мне вовремя объяснили, что этому быстро научиться нельзя. Поэтому знакомый журналист порекомендовал пойти в 79-ую десантную бригаду. А в итоге я попал в 81-ую. Чтоб перевестись из сухопутных войск в ВДВ, нужно было обращаться ко многим людям, включая волонтеров. Спасибо им всем за помощь.

О Мустафе у меня сразу спросили в бригаде. “Вы брат депутата Найема?” Да, но это ничего не значит. Потом эту фразу пришлось повторить еще несколько раз и, вроде бы, всем дошло. Брат для меня – самый близкий человек, но как политик он мне ни друг и ни брат.

Теперь я младший лейтенант и командир взвода. Мне предлагали быть юристом батальона, но я отказался. Слишком эмоционален. Ну не смогу я принимать заявление у “аватара” на командира за то, что тот назвал его уродом. Хотя образование мне тут все равно пригодилось. Например, вчера полночи читал своим указы президента о том, почему срок пятой волны мобилизации не закончился через год и, соответственно, почему шестая волна тоже может не быть демобилизована через год.

Честно говоря, стремясь в десантуру, я хотел жести. Нет, не то чтобы войны, но хотя бы серьезной подготовки. Надеюсь, скоро нас начнут гонять, заставят потеть, чтоб было меньше крови потом в бою.

Сейчас мы живем в заброшенном детском садике в зоне АТО, можно сказать, в гостинице “люкс”. У нас есть железные кровати и даже матрасы кое-где. На случай холодов имеется обогреватель, вечером в душе можно застать теплую воду. Мне, правда, пока не удавалось. Кормят нас однообразно, но хорошо – тушенка, суп, каша, хлеб с маслом, за него отдельно огромная благодарность, раньше я такого не ел. В армии я впервые попробовал сало. Несколько лет назад я крестился, в кармане ношу фигурку Будды, но бабушка говорила мне “не верь русским женщинам и не ешь сало”. С первым сразу не задалось – русским женщинам приходилось верить, другого выбора не было, а с салом бабушку чуть подвел – заболел, пришел к саперам, они и накормили. Саперы, кстати, самые веселые ребята.

А так, на самом деле, здесь ничего сложного. Тебе страшно спать на грязном матрасе? Да и черт с ним! Зато тебе дают кров, знания, кормят, даже деньги за это платят. В армии нет ничего сложного, если дома у тебя не осталось жены, детей и близких, которым только ты можешь помочь. На войне, конечно, будет хуже, но там понятно, ради чего терпеть.

Единственное… уже через несколько месяцев в армии, попав в Киев вечером рабочего дня, я почувствовал себя никому не нужным на какой-то момент. Даже не представляю, каково будет возвращаться домой через год.

Очень плохоПлохоСреднеХорошоОтлично (Еще нет голосов, оставьте первым)
Загрузка...

Комментарии (0)

Чтобы оставить комментарий необходимо

"В политики идут не те, кто знает, что нужно делать, а те, кто знает, что нужно говорить."

© Стас Янковский

Это что же, жены всего руководства РПЦ – “проститутки”?! Или даже шире, вся РПЦ – бордель?! – мнение

Украинская сборная “Непокоренных” ознакомилась с новыми спортивными соревнованиями

Украинец выиграл творческий конкурс МАГАТЭ

После разговора Зеленского с Путиным отменили встречу “Нормандской четверки” в Мюнхене

Скандал в Мюнхене. Глава конференции пояснил рекомендации Украине

Холанд рассказал о том, к чему его мотивирует Мбаппе

В Слуге народа распределили должности в высшем совете: список

В одной из киевских аптек воровки за считанные минуты совершили две кражи. ВИДЕО

Четырех украинских рыбаков “арестовали” на 10 суток

Зеленского, как и Ермака, увлекает тайная интрига в дипломатии и персональные непубличные договоренности, – политолог

Александр Кочетков: Премьер Гончарук – последователь Кашпировского

Штаб ООС: Минулої доби збройні формування РФ 13 разів порушили режим припинення вогню. Одного українського бійця поранено

Зеленский предложил патрулировать ОРДЛО с их представителями

Вода в Крим: яку мету переслідував Арахамія в своїй заяві

“Безхатько в нашій країні може жити набагато ліпше, ніж пенсіонер”, – досвід чоловіка, який чотири роки був безпритульним

Зеленский: Не надо называть Украину коррумпированной, это не так

Українка Аліна Акобія виграла “срібло” чемпіонату Європи-2020 зі спортивної боротьби

Власть готова к диалогу с мирным населением ОРДЛО – Зеленский

“Получил неожиданный подарок”. Помпео рассказал о капитане ВСУ

В Киеве и области пройдут учения СБУ. Просят ходить с паспортом