USD28.2033

Последний шанс России был упущен еще в 1993 году

Последний шанс России был упущен еще в 1993 году

В октябре 1993 года российскую демократию еще можно было спасти. Но Ельцин, одержав победу над взбунтовавшимся парламентом, сам обесценил эту победу

…К началу осени 1993 года конфликт между президентом и парламентом России стал настолько острым, что стороны перестали верить в какую бы то ни было возможность конструктивных переговоров. Политическая ситуация зашла в глухой тупик. Бывшие соратники, за два года до этого поздравлявшие друг друга с победой демократии, превратились в непримиримых врагов.

Тот кризис оказался короче (и кровавее), чем ожидали и оптимисты, и пессимисты. Гражданская война 1993 года в России началась и закончилась всего за пару недель.

21 сентября 1993 года президент Борис Ельцин подписал указ № 1400 “О поэтапной конституционной реформе в Российской Федерации”, который прекращал деятельность прежнего Верховного Совета и назнал выборы в новый законодательный орган – Федеральное собрание. Конституционный суд нашел текст указа противоречащим российской конституции и заявил, что это является основанием для отрешения президента от должности. Верховный Совет тут же принял постановление о прекращении полномочий Ельцина и о передаче их вице-президенту. Однако Ельцин в тот момент контролировал все основные госструктуры и выполнять решение парламента, который он считал “распущенным”, не собирался.

Противостояние переросло в вооруженные столкновения и 3 октября Ельцин ввел в Москве чрезвычайное положение. На следующий день, после танковых выстрелов по парламенту и гибели из-за стрельбы в городе сотен людей, ситуация была взята под контроль. Ельцин остался президентом, а его противники из Верховного Совета были арестованы. Никто из депутатов, кстати, в ходе боевых действий убит не был.

Читайте также:

Що означає політичний притулок без пояснень для Гужви?

С тех пор о российском “конституционном кризисе” 1993 года написано достаточно, чтобы сделать неутешительный вывод – ситуацию совместными усилиями утопили в политическом напалме обе стороны, и ни та, ни другая впоследствии так и не нашли в себе мужества это признать. Ельцин в тот момент пользовался большей поддержкой общественности, чем парламент, но конституционных способов использовать эту поддержку он не нашел – вероятно, и не искал. Указ № 1400 был воспринят россиянами как “прагматическая санкция” – выходящее за любые рамки (в том числе конституционные) средство разрулить невыносимое положение. И Ельцин в итоге это положение действительно разрулил.

Читайте также:

“Нефтяной” Орбан, или “Наш” паспортист в Будапеште. Как Венгрия торгует с РФ разрешениями на проживание в ЕС

Но ключевым моментом в этой истории представляется мне вовсе не победа Ельцина над противниками, а решение, которое он принял сразу после нее.

Что было до того? Для преодоления кризиса Ельцин решил действовать вразрез с конституцией своей страны. Нарушил президентскую присягу. Применил недопустимые средства. И даже то, что сделано это было (по его мнению) для предотвращения вполне вероятной катастрофы, совершенно не снимало с него политической и человеческой ответственности за то, как именно эта катастрофа была предотвращена.

И вместо того, чтобы эту ответственность признать, Ельцин решил от нее уклониться. Именно это решение всего за 25 лет превратило Россию из перспективной недореспублики в издыхающую недоимперию.

Могло ли быть иначе?

“…Дорогие россияне! Законодательная и исполнительная власть, на которые вы возложили обязанность построить в России современную демократию, не справились. Хуже того – довели ситуацию до кровопролития и массовой гибели людей. Как президент, я осознаю и принимаю на себя ответственность и за трагическую эскалацию политического кризиса, и за чрезвычайные меры, на которые пришлось пойти для его преодоления. Из-за того, что кризис удалось разрешить такой страшной ценой, я не считаю для себя возможным и далее исполнять президентские обязанности. Я также требую назначить специальный трибунал для проведения всестороннего расследования произошедших событий и определения меры ответственности всех участников, в первую очередь – моей собственной. Любая моя попытка избежать этого была бы расценена как отступление от принципов новой, свободной и демократической России…”

Читайте также:

Только РФ блокирует введение миротворцев в Донбасс – Волкер

Эта речь, конечно, произнесена не была, – она в принципе не могла бы возникнуть, потому что для такого подчеркнутого донкихотства и реальный Борис Николаевич Ельцин, и реальная Российская Федерация были слишком застарелыми совками. Демократического принципа ответственности Ельцин не понимал, к власти привычно относился как к собственности, за которую полагается держаться всеми силами и которую можно в крайнем случае передать по наследству какому-нибудь надежному человечку под определенные гарантии. Поэтому в 1993 году Ельцин воспринял как должное, что “победителя” не только не судят, но даже не осуждают, потому что – победитель, а значит, все прочее не имеет значения. Ему и в голову не приходило, что при настоящей демократии цель вовсе не оправдывает средства, что выигрыш вовсе не отменяет наказания за грязную игру, а признание эффективности “прагматической санкции” не делает вынужденное исключение привычным правилом.

Именно из-за этого непонимания он, только что победитель, через пару лет растерял былое доверие избирателей и едва не слил выборы запредельно – клейма некуда ставить – бессмысленному Зюганову. Именно неприятие ответственности логически привело его еще через три года к сдаче власти неприметному клерку, который типа умел делать дела и выглядел, по утверждению хитрована Березовского, предсказуемым и управляемым.

Именно поэтому Путин и получил в карман Россию, в которой власть воспринималась элитами (да и массами тоже) как собственность и в принципе не была связана с ответственностью.

Приднестровье, Чечня, Грузия, Крым, Донбасс – все это случилось из-за того, что в 1993 году бывший карьерный коммунист Ельцин поверил, что именно он – главное счастье и лучшее достижение новой России, что ему позволено все и ничего ему за это не будет.

И упустил, возможно, последний реальный шанс России на модернизацию.

Сергей БЕРЕЖНОЙ

 

Очень плохоПлохоСреднеХорошоОтлично (Еще нет голосов, оставьте первым)
Загрузка...

Комментарии (0)

Чтобы оставить комментарий необходимо

"У нас начинается тяжелый период жизни: парламентские, затем еще страшнее - президентские выборы"

© А.Лукашенко

Огромный скандал – США признали Крым частью России? Украина возмущена и требует срочного ответа

10 тез про Україну та Європу

Яков Дровопилец 22 октября: чего категорически нельзя делать

Про Дніпровський госпіталь на тлі недоторканості екс-міністра оборони

Путин, трепещи: ВСУ получат новые суперракеты, сметающие все на своем пути

Два варианта развития выборов в Конгресс США

Заполонили воду и воздух: украинцев атаковала странная эпидемия, люди в панике

Курс валют на 22 октября: доллар накажет гривну

Осенние каникулы в школах 2018: назван окончательный график

Кровавая стрельба в Керчи: число жертв трагедии близится к сотне

Торговля людьми и украинцы: в Минсоцполитики шокировали цифрами

Макаревич в новой песни высмеял “ядерное” заявление Путина: видео

Жизнь после выборов в Украине: стало известно, на что рассчитывает Путин

Вы больше не сделаете этого на дороге: для пешеходов подготовили космические штрафы

Билборды о “закарпатских сепаратистах”: открыто уголовное дело

Раскрыты планы Путина по Азовскому морю: подробности новой схемы

Всплыла связь главаря боевиков Донбасса с украинской Нацгвардией, фотодоказательство

России не нужны: жители Донбасса в растерянности, готовы сдаться

РФ уверенно превращается в Северную Корею

Венгрия приняла скандальное решение по Закарпатью: в 2019 году все изменится